Забег по бездорожью. Как это было

single-image

“Никогда и ни при каких условиях не порекомендую трейловый забег бежать человеку без серьезной подготовки (это не похвала самому себе, а осознанная реальность)”. О своем экстремальном опыте увлекательный пост написал спортсмен Академии Максим Соковишин:

Забег за 30

Не с кем ЭТО обсудить, буду об ЭТОМ писать.

Нет, ну правда – есть такая проблема: когда начинаешь говорить о беге, то становится неловко. Кажется, что засоряешь уши собеседника бесполезной информацией, выглядишь фанатиком и, чего доброго, тебя вообще перестанут слушать. Тут без смешных историй не обойдешься, а где их взять, если уже месяца три как не напивался по-человечески?

Поэтому чтобы хоть как-то выговориться и поделиться событиями прошедшего уикэнда, я решил черкануть заметку.

Надеюсь, так получится забыть о раздражении кожи после безжалостной луговой травопоясицы и напомнить себе о том, что до отпуска остается всего один (1!) день.

Как водится, вначале найдется место философскому отступлению и слабо приправленной банальщине.

Известно же, что каждый сходит с ума по-своему и этот каждый волен своим фломастером помогать мелу судьбы (неужели я такой старый и занудный, что не могу сейчас обойтись без этого оборота?).

В общем мне посчастливилось в ходе прошедшего года твердо установить себе новое хобби – бег.

А всякое серьезное увлечение допускает некие слабообъяснимые вариации и девиации, вот и выбрал я на свою беду приключение – отправиться в Суздаль на трейловый забег GRUT-2018.

Если верить организаторам (я верю только константам), то это еще и самый массовый в России забег по бездорожью – этакий самому себе подарок высочайшего уровня.

В Суздале я уже бывал. Там хорошо (и Русью пахнет). Кроме монастырей за 300 в городке сохранились милые наличники, приятный холмистый рельеф и неподдельно живописные виды.

Мне нравится это место, что-то древнее и очень характерное есть в нем. Город простоит еще тысячу лет, а будет все таким же… достоверным и проникновенным. И так же тихо будет в нем переливаться речка вдоль насыпей кремля, так же отчужденно от всей бегущей жизни стоять будут белые монастыри и церкви.

Разве что бегуны будут резко выделяться на этом фоне своим старанием ускорить привычный ход вещей от утренней монастырской трапезы к вечерней (хочу чизкейк)…

Вообще город в этот раз был немного другим.

Конечно, я не буду сейчас возвышенным и неестественным тоном описывать банальное нашествие со стороны озабоченных бегом людей, так же как и не собираюсь рассказывать про любовь к путешествиям, самопреодоление и прочую трендовую шелуху.

Было так: множество довольно странных людей с напускным весельем и без перегара заполнили аккуратные улочки вскриками, пейсами, разминками и смехом без причины (ох уж этот спортивный юмор).

Почему-то мне казалось, что, попадая в такую среду, окажусь у своей увлекающей тарелки, но, как ни странно, люди такого толка к себе не притягивали.

Пока не породнился.

В итоге в замкнутом мирке, но успокоившийся, встретил вечер развешиванием одной беговой футболки на несколько вешалок и приготовлениями перед сном – не только потому, что вставать предстояло в 6 утра, но и беспокойство сублимировалось как-то чересчур. Волнение все-таки мешало, собака.

«Короче!» — скажете вы.

«Чего волноваться?» — спросят те, кто читал внимательно.

Расскажу постфактум.

Накачавшись кашей и простучав в духе профессиональных спортсменов все доступные ладоням объемы тела у стартово-финишных ворот, понимаешь, что сейчас предстоит бежать больше 30 километров (делал один раз, после чего связкам сгибателей стопы пришлось уйти на покой, а амбициям – на турник). По лесу, по кочкам, по болевым точкам.

Хотя начинается все весело и довольно быстро, как-то так:

Что такое быстро и как это – весело?

Для меня это темп 4:20 на километр, неяркое солнце и симпатичные городские улицы с тенью деревьев.

Ты смотришь на пульс, понимаешь, что ему еще ударов 20 остается до болезненной отсечки и наслаждаешься тем, что не стал срываться с первых шагов на лосиный режим медленного умирания от ритмичного перестукивания кроссовок и асфальта. Все как будто бы ровно во всех смыслах (небольшие подъемы не в счет, они пока только для фотографий и обгона).

Еще успел отметить, что подобные недотрейлы мне нравятся – было-то всего пара тропинок и несколько резких поворотов.

Подвох был неизбежен

Счастье и любопытные горожане длились недолго.

Километре на шестом трасса однозначно предложила нырнуть в какие-то кусты, еще не ставшие лесом, но уже укрывшие поле.

Ладно, продрался.

Потом нужно было вбежать в небольшой холм по крутой тропке с корнями.

Хорошо, сделал.

Но километре на 8, после парочки таких подходов в кустах явился первый брод.

Неопытный народ передо мной попытался было обежать маленький ручей по наваленным рядом веткам, но заботливый волонтер настойчиво кричал:

— Да там все равно не пройдете, уж проще ныряйте!

Ну, нырнул.

Собственно, дальше бег с привычным темпом кончился.

Да и в принципе привычный бег тоже километра до 32-го не появлялся.

Поясняю: вы прошагали (попробуйте по-настоящему пробежать, посмейтесь) метров пять по ручью с колено глубиной.

После этого кроссовки… хм… немного намокли. То есть воды в них хватит на поливку всех растений в вашей квартире (в моей, правда, цветет только вода в фильтре, да и то – от жары).

Замечу, что пологая трасса с этого момента закончилась совсем и после каждого водного препятствия неизбежно был подъем по мокрой, разжеванной глине. В который, разумеется, тоже можно вбежать, но есть риск сделать это на полутора ногах…

Теперь очень личное откровение: дальше этого момента еще никто не дослушивал из моих собеседников.

Да и сам я терял все желание рассказывать.

Потому что догадываюсь: продолжать повествование о самолично приобретенных мытарствах и выглядеть чокнутым – одно и то же.

Тем более, что участие обошлось тысяч в 8 деревянных монет (с отелем и дорогой во Владимиро-Суздальское княжество) и по факту отмечено только деревянной (не метафора) медалью.

Но когда все укладывается на электронную бумагу – вроде терпимо.

И дальше мне бы хотелось выложить припасенную заботливым фотографом иллюстрацию. Только не с брода (один из которых был на самом деле выше пояса и заставил держаться за веревку, чтобы не поплыть балластом по течению), а с фотогеничного поля, заросшего разнотравьем.

Это я еще довольный.

Оттого, что вода более-менее вытопталась, тропинка более-менее есть, травы (с меня ростом) более-менее нет, темп более-менее не пешеходный.

К слову, скорость «бега» по оврагам, колдобинам и ручьям не похожа на ту, которую я озвучил вначале. Начинаешь понимать, что 12 километров в час – это ого-го, локомотивная величина. А сердцу не придется выбить из тела весь лактат, это сделают мышцы ног.

Забегая… нет, это же не бег, лучше – заглядывая… Значит, заглядывая вперед, скажу, что самый главный страх был оттого что никто не мог заранее знать – выдержат ли мои суставы и связки почти три часа бега по такой, слишком земной, поверхности.

Я бы, может, и рад разогнаться на первых километрах двадцати, но боязно. Ведь под ногами то борозды, то глина, то корни… При всем этом приятно, что многие люди и дорогу уступают, и подбадривают друг друга.

Вообще бегуны на дистанции как люди (они тоже люди) меняются.

Бравада спадает и сразу видно, кто и как готовился.

Я бы хотел постулировать, что даже видно, кто и какой человек. Но, наверное, это слишком монументальное утверждение и отдает каким-то Высоцким.

Несмотря на агонию и вопреки разным препонам, красивые поля и мгновения все-таки есть и попадаются (кроме тех, что на фото) – их пропускаешь через себя. «Природа у нас красивая». Да. Чего мне еще и по этому поводу вредничать. Мягкие краски полевых цветов; крутые берега речушки; линия горизонта, обрамленная кромкой леса – это родное, свое, засевшее глубоко в сознании.

Жаль, что часа через два, когда кончается и питание, и вода (а на трассе их было ровно столько, чтобы похудеть килограмма на два) – все это уже вторично.

Особенно, когда тебя уносит в дебри экзистенциального единства со стонущими мышцами упражнением под названием «Каскад».

Вот даже честное фото оттуда:

Старался как мог и, пожалуй, больше всего меня поддерживало то, что рядом бежала девушка (ставшая третьей в абсолютном зачете), которая наравне со мной пыхтела в эти горки.

Ходьбой или бегом способ их преодоления я бы не называл – ухаешь в штук пять идущих подряд отвесных спусков с третьего этажа и сопутствующих им подъемов каким-то чудом.

Можно даже глаза закрыть, уже все равно в какую сторону конечностями работаешь.

Теперь и не представляю, как бы я негодовал от какой-нибудь «Гонки героев». Потому что нет ничего святого в таких истязаниях, особенно в монастырском Суздале.

Как бы то ни было – «Каскад» дает понять, что жить стоит ради того, чтобы от него убежать подальше.

Но ноги после этого…

Иногда говорят – «ноги тяжелые». Повторить эту фразу надо столько раз, чтобы получилось «поездапоездапоезда»— именно так можно озвучить ощущение в ногах и #гдетамеще.

Логично (если есть логика в происходящем), что последующий подъем в мост, брод и бег по крапиве с лопухами уже кажутся ерундой.

Финиширую.

Последние пара километров по асфальту.

Счастье?

Не думаю.

Как-то втягиваешь себя в поток болельщиков зоны старта.

Кричат, подбадривают (потом понял, что подбадривали парня за спиной, обогнавшего меня на пару секунд) и почти что завершают за тебя заветную стометровку с неподдельной улыбкой.

Это я сейчас не утрирую – не знаю, как еще описать состояние после квазиконечных мук самоуспокоения, поиска правильного указателя на трассе и восторга от того, что ты натурально жив.

Даже еще и результат оказался неплохим, в тридцатку самоубийц попал (тут же дизлайк организаторам, так и не добавившим меня в список финишеров).

Что еще сказать тому, кто дочитал?

Похвастаюсь, что всё цело.

Есть и главные помощники из рубрики #этонереклама: Академия Марафона и спортивный массаж на следующий день после камингбэка помогли преодолеть всю эту спазмовую историю.

Сразу хочу оговориться, что никогда и ни при каких условиях не порекомендую что-то схожее бежать человеку без серьезной подготовки (это не похвала самому себе, а осознанная реальность).

Generally, впечатления остались сильные, хоть и весьма болезненные.

Повторять бы не стал, благо Суздаль прекрасен и без беговой возни.

Послезавтра новый забег на самую ненавистную дистанцию – 10 километров.

Остановиться нельзя бежать

You may like

In the news